Кавказский культ священных рощ имеет чрезвычайно древние корни. Как, впрочем, и тесно связанное с ним сакральное искусство адыгского садоводства. В мифах Евразии говорится о том, что родоначальником земледелия и разведения садов был некий божественный цивилизатор, странствующий герой, первый царь культурного человечества. Он-то во времена незапамятные и научил людей сеять хлеб, выращивать виноград и превращать дикие деревья в домашние, плодоносные.

Египтяне называли его Осирисом, греки – Дионисом, римляне – Вакхом. Удивительно, но во всех античных сказаниях об этом «божественном основоположнике культурного садоводства» так или иначе упомянут Северный Кавказ. Согласно греческим авторам, Дионис, совершая свой эпический военный поход из Египта в Индию, шел именно через Кавказ, где основал восемь городов, насадил первые сады и виноградники, посвятив кавказских горцев в тайны земледельческого мастерства.

Еще более удивителен тот факт, что в мифологии Северного Кавказа об этом «божественном селекционере» также сохранилось прочное воспоминание. При этом адыги именовали его почти так же, как и египтяне, – Созерис. В конце декабря черкесы справляли торжества в его честь. Любопытно, что в то же самое время древние римляне праздновали Мистерии Диониса, а христиане и сегодня отмечают в этот день Рождество и наряжают ель – западный эквивалент «священного дерева». Подобный культ был присущ и адыгам. Причем задолго до проникновения к ним христианства.

«Имя Созерис, – пишет историк Татьяна Фадеева, – сохранилось в памяти народов Кавказа. Горские племена черкесов, осетин, сванов сохраняли обычай ежегодно отмечать праздник Созериса – божества, не принадлежавшего религиям аборигенов. Это, говорили они, – великий царь-путешественник, обошедший мир и научивший людей полезным искусствам… Черкесы почитали Созериса по архаичному обычаю: его символом служил ствол грушевого дерева – вероятно, образа «древа мирового», украшенного зажженными свечами, символизирующими светила. Этим наблюдением мы обязаны замечательному путешественнику Дюбуа де Монпере».

Собираясь на исходе декабря под украшенной лампадками священной грушей, черкесы, согласно наблюдениям дореволюционного этнографа Дубровина, произносили следующую древнюю молитву:

«Созерис, благодарим тебя за урожай нынешнего лета, молим тебя даровать и в будущие годы обильную жатву. Молим тебя, Созерис, охранять наши хлеба от кражи, наш амбар от пожара».

Очевидно, культ грушевого дерева стал известен адыгам уже в весьма отдаленную эпоху. Более того, как доказывал советский селекционер Жуковский, культурная груша впервые появилась именно на Кавказе, а отсюда уже была занесена в Грецию и другие страны античного Средиземноморья. Надо ли после этого удивляться тому факту, что древние эллины связывали с Северным Кавказом сам культ Диониса, определяя сей регион как место его архаичных «садоводческих подвигов»?

Выращивание винограда, кстати говоря, являлось неотъемлемой чертой старинной культуры черкесского садоводства. Виноградные лозы росли у адыгов прямо в садах, оплетая плодовые деревья и давая необыкновенные урожаи. Традиция адыгского виноделия уходит корнями в далекое прошлое. Она не была искоренена даже с принятием адыгами ислама, который, как известно, вина не приветствует.

У черкесов были деревья, посаженные здесь, если верить легенде, почитателем бога Диониса Александром Македонским. Еще в XVII веке турецкий путешественник Эвлия Челеби видел у адыгов громадное священное древо, которое обхватывали двадцать два человека. Под его циклопической кроной могло разместиться стадо в тысячу баранов.

«Согласно древнему преданию, – писал Эвлия, – отросток этого дерева был взят из райского сада и подарен Аллахом Искандеру Зулькарнайну после того, как последний воздвиг Стену Яджудж и Маджудж. Искандер только рыхлил землю для посадки дерева, а посадил его Хызр».

Древность необыкновенных черкесских садов отмечали еще античные греки. Эта восхитительная традиция связана и с эпосом древних египтян, с мифологией многих коренных племен Евразии. В свете авраамических религий она преобразилась в мечту о Земном Рае, живое подобие коего в течение многих веков, если не тысячелетий, трудолюбивые адыги создавали на своей земле.

К сожалению, эта великая сага повествует еще и о Потерянном Рае, потому что после вытеснения черкесов и родственных им народов с обжитых мест цветущую галактику кавказских садов постигла грустная участь полного запустения. Культура изумительного адыгского садоводства оказалась на грани полного краха. Забота о ее возрождении есть священный долг всякого истинного патриота нашей многонациональной России – столь богатой удивительными традициями, но такой, увы, неусердной в их сохранении для потомков…